На днях я побывала на очень пафосном мероприятии. Это новая российская инициатива, связанная с проблемами качества образования. Исходно действия в этом направления были связаны с председательством России в G-8. Поэтому понятно: высокие гости, роскошное место проведения, все в "белом". Несколько иностранных делегаций. Причем инициатива эта направлена на помощь бедным странам в развитии качественного образования. Соответственно - представители этих стран.
И вот задумалась я об этой самой политкорректности. С одной стороны, все очень корректно: никакой сегрегации, дескать мы вам поможем, граждане развивающихся стран, чтобы у вас стало еще лучше. С другой, - смотрю я на все это великолепие и думаю, а каково этим самым представителям на это смотреть. И мне-то глаза режет, а им? И сколько учебников для детей можно было бы купить, да что там учебников, сколько супа?
И доклады. Про то как в Африке только процентов сорок детей заканчивает девятилетку, но пять процентов из окончивших - неграмотные. И сразу же вслед за первым - второй, про то как высшее образование увеличивает шансы на успешную карьеру. И как мало востребован ручной труд. Где, позвольте, в Африке не востребован? Да как вам сказать... вообще не востребован.
И что-то тошно мне стало от такой политкорректности.
А с другой стороны - мои соотечественники, которые, глядя на африканцев не стесняются, по-русски, конечно, называть их сами понимаете как. Вроде, мы же понимаем... Куда им, дескать...
Ладно Запад, мало у меня иллюзий не осталось по поводу их политкорректности, особенно после близкого общения. Но мы? Почему мы так легко говорим? И киваем понимающе?
Мы что забыли начало девяностых, когда и нас также подкармливали и учили?
Мы с легкость употребляем слова, которые заведомо оскорбительны для того, кого характеризуют.
Я не хочу писать эти слова, мы все их знаем, употребляем походя, не замечая. Власть нам подыгрывает: по ТВ в сводках криминальных новостей - приезжие. Нам настойчиво объясняют, что происходило на Черкизовском рынке, мы ужасаемся, глядя на неславянские лица, которые мелькают на экране. И вопрос, почему столько лет огромная территория города оставалась вне закона, "кому это выгодно", не рождается, нас убедили, мы поверили.
И сразу же власть - это МЫ, она наша, своя, а ОНИ - вот они, преступники, потенциальная угроза, мина под нашим благополучием.
Ладно, все понятно.
Но я еще хочу о словах. "Бабы дуры", друзья человека, блондинка... Как бы мы ни иронизировали и по поводу самих "баб", и по поводу наших шуток про "баб", это совсем не невинно. Как только мы высказались - просто высказались, только слово, даже шутка - мы сразу же психологически от этой категории отделились. Я - умная, ловкая, успешная, отличный водитель, и она-они - блондинка, тупая, права купила. Это происходит помимо моей воли, просто через логическую операцию категоризации. Мое мышление само производит эту операцию.
Сами слова мной управляют, причем автоматически, мимоходом.
Мне режут ухо слова про людей, которые сейчас фактически обеспечивают жизнь в Москве. Режут, до этого я доросла. Я их стараюсь не употреблять.
Но само разделение - сегрегация - вросло в меня, я даже и без слов произвожу в уме операцию категоризации: мы - они. И такая я сразу белая и пушистая, что просто слезы умиления на глаза наворачиваются.
Американцы запретили говорить. Мы смеемся по этому поводу. Но ведь это работает! Если запрещено сказать, значит, запрещено так думать! Мне запрети, я думать не перестану, операция-то сформирована. Поэтому мне смешно. Но для растущего ребенка, который в силу этого запрета, просто никогда при своей жизни этого слова не услышит, для него просто этого разделения, этой самой категоризации не будет.
И поэтому работает.
Я уже писала о нашем неумении общаться с незнакомыми людьми. И о том, как это видно со стороны. Теперь вопрос - почему не умеем. Ведь все эти слова и логические операции - следствие. А причина? Причина в том, что в России не было социальной жизни, не было у людей опыта общения с незнакомыми. Вот в Голландии, когда надо было строить дамбы, люди незнакомые собирались и строили, и общались друг с другом, независимо от того, кто откуда. И учились общаться, приобретали опыт. А у нас просто негде было этому научиться.
Помните, я про Москву писала. Я ведь тоже про эту замкнутость писала. Старая Москва была замкнутой, она не пускала к себе под свой абажур, отторгала. Домой не приглашала. А других мест встретиться - не было, только на работе и по работе. И это разделение, несмотря на всякую там мобильность и открытость, сохраняется. Девочка, с колоссальным трудом устроившаяся в центре, через год уже с раздражением говорит: "понаехали тут!"
Я не хочу сказать - давайте перестанем. Это утопия. Я просто говорю - давайте сами себя слушать. Что мы говорим. Просто. "Просто для общения".
пятница, 2 октября 2009 г.
Подписаться на:
Комментарии к сообщению (Atom)

Комментариев нет:
Отправить комментарий